Валерий Фальков: Миннауки крестовый поход на вузы не планирует На главную В начало раздела поиск Каталог Карта сайта
Главная
Новости
О библиотеке
Электронные
ресурсы
Обслуживание
Полезная
информация

  Исследователям:
Research Support

  Системы регистрации
авторов.
Идентификаторы ученых

  Новости научного мира
  Оформление списка
литературы

  Примеры
библиографического
описания

  Литературная гостиная
  Книжные реликвии
  Библиографические
указатели ученых
Финуниверситета

ИССЛЕДОВАТЕЛЯМ. Новости научного мира

Валерий Фальков: Миннауки крестовый поход на вузы не планирует


Министр науки и высшего образования Валерий Фальков в одном из своих первых интервью на посту министра рассказал РИА Новости о том, продолжится ли процесс оптимизации вузов и почему нельзя рассматривать науку и образование в отрыве друг от друга. Он также ответил на вопросы о том, как будет развиваться безбарьерная среда в российских вузах, как скажется на иностранных студентах увеличение бюджетных мест в российских университетах.
 
—Увеличение квот по определенным направлениям подготовки и распределение большего числа бюджетных мест региональным вузам — как это скажется на иностранных студентах, местах, выделяемых иностранцам?
— При увеличении количества бюджетных мест, с учетом интереса иностранных студентов к российским университетам, российскому образованию, конечно, количество бюджетных мест для иностранцев тоже увеличится, и квоты для иностранцев. Мы ожидаем, что каждый год количество бюджетных мест для иностранцев будет увеличиваться.
 
Здесь важно что отметить. Есть понимание, что надо давать возможность иностранцам поступать туда, где есть условия. Далеко не каждый региональный вуз сейчас может принять иностранцев.
Что касается иностранцев, то тут ситуация такая – это либо граждане из соседних с Россией государств, граждане Содружества Независимых Государств. Те, кто знает русских язык и может учиться в российских вузах без какой-то дополнительной подготовки. Здесь сложностей нет, здесь можно поступать практически в любой вуз.
Но мы сегодня говорим о тех студентах, которые не знают русского языка, кто хотел бы учиться в российских вузах. Для этого надо выучить русский язык либо в российских вузах должны быть программы на английском языке. Такие программы имеют не все вузы. Здесь нам надо очень серьезно поработать.
Те вузы, которые участвуют в программах, допустим, проекте "5-100", за последние годы серьезно поработали и предлагают целую серию конкурентоспособных программ бакалавриата, специалитета и магистратуры, куда идут иностранцы. Наша задача — в ближайшее время расширить количество таких программ. Ну и, соответственно, создать материально-техническую базу — это строительство кампусов, общежитий прежде всего, потому что иностранцы преимущественно хотят, чтобы вуз предоставлял общежитие.
 
— Президент на заседании Госсовета заявил о необходимости закрывать вузы-пустышки. Часть процесса оптимизации уже прошла, и вместо 1,5 тысячи заведений высшей школы мы имеем около 600. Насколько, на ваш взгляд, необходимо закрыть или слить еще ряд вузов, не способных достойно готовить специалистов? Ведет ли министерство мониторинг или какую-либо еще работу по этому вопросу?
— Этот процесс как раз должен быть завершен. Мы это прекрасно понимаем, потому что работа, которая была начата много лет назад, получила поддержку в профессиональном сообществе, в целом положительно была воспринята в обществе, и накоплен очень богатый опыт.
Где-то в начале 2000-х годов стало очевидно, что есть огромное количество филиалов в первую очередь и ряд вузов, среди них много частных вузов, которые, по существу, не представляли собой образовательного учреждения, а являлись лишь местом, где можно было получить диплом, и формально подходили к образованию.
Сегодня, я думаю, что никаких рисков нет для тех вузов, которые успешно развиваются, имеют материально-техническую базу, хорошо укомплектованы, кадрами в том числе. Понятно, что у каждого вуза есть свои проблемы и кадровая ситуация в целом по стране. К сожалению, причин тому очень много.
Никто крестовый поход на вузы со стороны министерства не планирует, но те филиалы, которые работали в той, прежней модели 90-х годов и до сих пор, может быть, по каким-то причинам еще остаются, они закрываются. Эта работа идет, и она просто должна быть завершена, вот и все.
В основании того, что прозвучало на Госсовете, лежит тезис о качественном образовании. Спрос на качественное образование сегодня ярко выражен как со стороны общества, так и со стороны работодателя, но, безусловно, государство всегда заинтересовано в качестве.
 
— Какое количество вузов может попасть под оптимизацию?
— Его, во-первых, нет. Если бы я назвал конкретное количество, сказали бы, что есть план по закрытию вузов. Такого плана нет. Есть стратегическое видение, одна из мер, чтобы качество образования было надлежащим – закрыть вузы-пустышки. Вот и все.
Что такое вуз-пустышка? Это там, где нет соответствующих условий для получения качественного образования. Нет кадрового состава, нет необходимого оборудования, нет необходимого видения. И перспектив у таких вузов нет. У них нет программы развития, у них нет длинной повестки. Как правило, там преобладает один мотив – заработать деньги и все, формальный подход к образованию – выдать диплом, вот о чем речь.
 
— На том же заседании главами ряда регионов были выдвинуты предложения по улучшению и упрощению жизни региональных вузов. Многие ли из них уже учтены министерством? У каких есть шансы быть реализованными в ближайшее время?
— Я принципиально важный момент хотел бы отметить. В ходе подготовки к Государственному совету мы провели большую работу с губернаторами в первую очередь тех субъектов, которые представлены в рабочей группе.
Часть этой работы, наработок министерства уже были презентованы или представлены, обсуждены, и сейчас по итогам Государственного совета нам как раз предстоит решить те задачи, которые были обозначены. Общий вектор — на более тесное взаимодействие с регионами. Развитие университетов и вузов немыслимо, не рассматривается в отрыве от регионов. Университет должен ясно представлять себе региональную повестку, региональные программы развития и участвовать в развитии региональной экономики и социальной сферы. Если этого не происходит, то у нас будут непростые разговоры с руководством таких вузов.

— За время работы ректором Тюменского госуниверситета вы создали там безбарьерную среду для студентов с инвалидностью и ОВЗ. Планируете ли вы на должности министра распространить этот опыт на другие вузы?
— Что касается вопросов доступной среды, безбарьерной среды, разнообразия и поддержки инклюзии, то это один из трендов сегодня в мире, и в образовании это особенно остро чувствуется. В целом звучит задача следующим образом: любому гражданину Российской Федерации, любому заинтересованному иностранному студенту мы должны предоставить возможности получить образование в российском вузе, независимо от его состояния и тех ограничений, которые, может быть, существуют.
Эта работа, конечно, будет продолжена, у нас сегодня (запланирована) целая серия мероприятий, отдельная программа, есть ряд проектов, такие как создание региональных учебно-методических центров по инклюзивному образованию. И, конечно, будем первоочередное внимание этому уделять, потому что каждый уникален по-своему, и задача университета талант студента, талант учащегося раскрыть. Если существуют какие-то физические либо иные ограничения, связанные с тем, что он не может присутствовать в аудитории, то в современном мире это все решаемо, надо просто обеспечить это.
Конечно, это очень большая, системная работа на долгие годы вперед. Ведущие вузы России над этим работают давно, последовательно и уже достигли значительных результатов. Наша задача, чтобы вся система была хорошо адаптирована для любого человека, кто хотел бы получить знания, независимо от того, в какой жизненной ситуации он находится.
 
— В вузовской среде надеются, что вы, как бывший ректор, уделите больше внимания образованию. Действительно ли у вас есть в планах посвятить больше внимания вузам?
— Я думаю, что было бы неправильно говорить, что будет больше внимания уделяться вузам, при этом внимание науке будет уделяться меньше, чем раньше. Наука и образование – это две стороны одной медали, высшее образование в том числе. Если мы хотим достигнуть результатов в науке, мы должны заниматься нашими университетами. Если мы хотим, чтобы наше высшее образование изменилось, мы должны многое поменять в организации научной деятельности, в том числе внедрять новые форматы такой организации. Я думаю, что нашими приоритетами будут и высшее образование, и наука. И оба эти приоритета лучше всего мы будем обсуждать одновременно, потому что только путем интеграции можно достигнуть результата на обоих направлениях.
В качестве партнеров, у нас их много, это и Российская академия наук — самый надежный и последовательный партнер. Это наши ведущие научные центры, академические институты, это университеты, это фонды разного рода, которые поддерживают. Это профессиональное сообщество, и гражданское общество, и журналисты, без поддержки которых, я в этом глубоко убежден, нам не добиться тех целей, которые мы перед собой ставим, потому что в сфере образования и науки работает огромное количество людей, сотни тысяч. Без постоянного конструктивного диалога мы всегда будем заняты только выяснением отношений, а не конструктивным обсуждением существующей ситуации и движением вперед. Наша задача – наладить диалог, вовлечь все заинтересованные стороны и обеспечить движение вперед. Пусть будут критики, пусть будут разные взгляды, но важно найти такие решения, какие поддерживает большинство.
 
— На каком этапе сейчас анализ практик индивидуальных образовательных траекторий студентов, о необходимости которого вы говорили на заседании бюро высшего совета ЕР?
— Да, безусловно, общие подходы понятны, индивидуализация образования как принцип была закреплена еще в законе 1992 года, здесь ничего нового нет. И исходно здесь следующая ситуация: сегодня студенты, не все, но немалая часть, во многом формально относятся к образованию, поскольку они не могут повлиять на то, что они изучают, они являются исполнителями по отношению к образовательным программам. Уровень их вовлечения минимальный, и отсюда как раз в качестве нового тезиса — возможность студентов участвовать в своем развитии через формирование образовательных программ. Это у каждого студента уникальный трек. Это вовлеченность, это совершенно другая заинтересованность работодателей, это возможность самоопределиться, скорректировать.
Индивидуальные образовательные траектории — это возможность для мотивированных и талантливых студентов. Для тех, кто пришел просто за дипломом, да, это будет обузой. Но нам же нужны студенты, которые понимают, зачем они получают образование и индивидуальные образовательные траектории, персонализация образования будет этому способствовать.
 
Источник: РИА Новости
 
10.02.2020

Нравится
Статистика посещений:
џндекс.Њетрика

 


Библиотечно-информационный комплекс, 2024

 
error in statistic module!!
Type mismatch